13.05.2017      29      Комментарии к записи Н. Глиноецкий. Исторический очерк развития офицерских чинов и системы чинопроизводства в русской армии отключены
 

Н. Глиноецкий. Исторический очерк развития офицерских чинов и системы чинопроизводства в русской армии

В ряду административных мер, клонящихся к благоустройству армии, бесспорно, одно из важнейших мест занимает система…


В ряду административных мер, клонящихся к благоустройству армии, бесспорно, одно из важнейших мест занимает система производства в чины и порядок замещения ими различных воинских должностей.
Чины определяют в войсках то место, которое каждый служащий может и должен занимать в рядах армии, указывают прямо на обязанности и права, какими пользуется каждое лицо, определяют степень власти ему предоставленной, а следовательно, и то доверие, какое может быть к нему питаемо. Отсюда очевидно то значение, которое должна иметь как самая градация чинов в каждой армии, так еще более и система прохождения этих чинов: прямо от этого зависит возможно лучшее замещение всех должностей, а следовательно, и успех всех военных предприятий, как административных, так и боевых.


С другой стороны, законоположения, относящиеся до чинопроизводства, имеют важное значение и на нравственную силу войск: ими поддерживается в военнослужащих дух честолюбия — эта могущественная пружина всех военных доблестей; слова, что каждый солдат может быть генералом, а еще более уверенность в том, что это не фраза, а исполняемая действительность, неоднократно делали и будут делать героев из людей самых скромных. Однако для того чтобы это было вполне действительностью, необходимо, чтобы законодательство гарантировало это важное преимущество каждому военнослужащему, чтобы каждый мог иметь то глубокое убеждение, что, где бы он ни находился: в отборных ли войсках или просто в полевых, в пехоте, кавалерии или какой-либо специальной службе — везде его служба будет надлежаще оценена, даст ему возможность повышения в чинах соответственно способностям и заслугам, доставит ему право на занятие высших должностей, удовлетворяющих его самолюбие, обеспечивающих положение как его собственное, так и его семейства. <…>
В жизни нашей армии представляется по этому предмету чрезвычайно оригинальное явление: при учреждении в России постоянных войск Петром Великим установлена очень правильная градация военных чинов, введены весьма рациональные положения о чинопроизводстве, но после того все эти положения видоизменяются, совершенно теряют свое первоначальное значение, причем исчезает всякая систематичность; время от времени проявляется стремление, делаются попытки к установлению порядка по этой части, но самые попытки только усложняют дело нашего чинопроизводства, обременяя его множеством дополнений, нередко противоречащих друг другу.
Наконец, только в последнее время Высочайшими повелениями 6 мая и 30 августа 1884 года сделаны существенные изменения не только в системе военных чинов, но и в самом порядке их прохождения. Изменения эти неизбежно окажут важное влияние на все наше чинопроизводство, но влияние это проявится еще в будущем; теперь же значение всех ныне принятых мер лучше всего может выясниться по сравнению с прошедшим, по сличению с тем, через какой хаотический порядок проходило наше чинопроизводство и как много на него наседало различных усложнений, почти не уяснимых и не имевших никаких разумных оснований.
Начало нынешней градации и современного значения наших военных чинов относится ко времени учреждения в России постоянных войск, причем хотя названия чинов заимствованы из Западной Европы, но в основу их учреждения легло совершенно верное правило, чтобы каждый чин соответствовал известной должности, связан был с определенными правами и обязанностями. Поэтому-то первоначально самое число чинов является крайне ограниченным; так, в 1672 году встречаются в наших военных установлениях лишь следующие чины, общие для всех безразлично родов войск: полковник — начальник полка, полуполковник — его помощник, капитан — командир роты, поручик — его помощник, прапорщик — ротный знаменосец, заменяющий в случае надобности поручика и имеющий помощника или ассистента в подпрапорщике унтер-офицерского звания.
Со введением в 1698 году постоянного разделения полков на батальоны, прибавлен еще чин майора, соединенный со званием батальонного командира, затем начались добавки и чинов, не имевших непосредственного значения; так, с 1703 года во всех войсках, кроме кавалерии, введен чин секунд-поручика или подпоручика, а несколько позднее того, но неизвестно когда именно, установлен в полках лейб-гвардии Преображенском и Семеновском чин капитан-поручика (штабс-капитана). <…>
Великим же организатором нашей славной армии установлены были и первые прочные законоположения о чинопроизводстве, заслуживающие полного внимания как по строго обдуманной целесообразности, так и по своей оригинальности, не представляющей ничего им подобного в учреждениях иностранных армий.
Законоположения Петра Великого о чинопроизводстве разбросаны во множестве указов, но главные черты их наиболее определенно выражены в следующем коротеньком указе от 1 января 1719 года: «1) чтобы никакого человека ни в какой офицерский чин не допускать из офицерских детей и дворян, которые не будут в солдатах в гвардии, выключая тех, которые из простых выходить станут по полкам, 2) чтобы через чин никого не жаловать, но порядком чин от чину возводить, 3) чтобы выбирать на вакансии баллотированием из двух или трех кандидатов».
В силу законоположений Петра Великого, все, как дворяне, так и недворяне, начинали службу рядовыми, последовательно переходя все ее ступени: капрала, фурьера, подпрапорщика и сержанта; дворяне и вообще недоросли знатного шляхетства почти исключительно поступали в ряды гвардии, которая только с 1735 года, т. е. уже при императрице Анне Иоанновне, стала комплектоваться рекрутскими наборами (из податных сословий) и то в крайне незначительном числе на первых порах.
Дальнейшее производство из унтер-офицеров в первый офицерский чин делалось по удостоению, баллотировкой всеми офицерскими чинами той части, в которой открывалась вакансия; переход же из одной степени в другую, как в обер-, так и в штаб-офицерских чинах, производился по старшинству службы в чин на открывающиеся вакансии.
Баллотировочные листы в гвардии проверялись и утверждались лично самим Государем, хорошо знавшим всех членов гвардии при ее тогдашней малочисленности. В армии же баллотировки должны были производиться не иначе, как в присутствии особого члена от военной коллегии. Утверждение в чинах предоставлено было до подполковника — фельдмаршалам, а полные генералы (генерал-аншефы) могли утверждать чины только до капитанского включительно; те и другие обязаны были сообщать об утвержденных ими чинах в военную коллегию, которая и выдавала на эти чины патенты. Производство в полковники и в чины генеральские непосредственно зависело от самого Государя.
Таким образом, Петром Великим впервые было установлено производство за отличие на основании выбора или баллотировки и к тому же вдруг в наиболее важных фазисах чинопрохождения, именно в первый офицерский и в первый штаб-офицерский чины. Законоположение — вполне замечательное как по своей справедливости, так и по оригинальности формы, установленной для его выполнения. Не менее замечательно и положение, созданное Петром Великим для учрежденной им гвардии. Не имея для комплектования армии надежными офицерами никаких источников, кроме призыва иностранцев, он создает в своей лейб-гвардии как бы офицерскую школу, в которую обязательно должны поступать все дворянские дети и в которой подготовляются деятели не только по военным, но и по общегосударственным делам.
Петровская гвардия послужила зародышем почти всех родов войск наших военных сил: артиллерия, инженеры, флот получали в рядах Потешных, а потом и в лейб-гвардии Преображенском и Семеновском полках свое начало; нижним чинам гвардии давалось общее научное образование, весьма солидное по тогдашнему времени: в полковых школах, учрежденных Петром, преподавались арифметика, геометрия, артиллерия, архитектура, метрология, французский и немецкий языки; с учреждением в последующие царствования кадетского корпуса и Московского университета дозволялось нижним чинам гвардии посещать классы этих заведений и бывали примеры, что за успехи в науках по аттестации университетского начальства гвардейцы повышались в чинах. <…>
Из числа нижних чинов гвардии почти исключительно комплектовалась офицерами наша армия при Петре Великом и при первых его преемниках, особенно в военное время; так, например, в 1758 и 1759 годах из одного лейб-гвардии Семеновского полка было произведено в армию офицерами 140 рядовых; подобные производства и назывались выпусками из гвардии.
В рядах же гвардии образовывались и начальники для занятия высших должностей в войсках; через ее школу, из рядов ее солдат, через длинный ряд постепенности чинов прошел сам Петр Великий, прошли все главнейшие военачальники не только его века, но даже и века Екатерины II, отчасти и времен императора Александра I, пока наконец не были заменены питомцами кадетских корпусов. Это то высшее назначение гвардии и выказалось по Табели о рангах Петра (1722 г.), по которой чин полковника гвардии поставлен в 4-м классе наравне с чинами генерал-майора сухопутных войск и артиллерии; чин подполковника гвардии — наравне с чинами бригадира армии и полковника артиллерии, чин майора гвардии — наравне с полковником армии и подполковником артиллерии и т. д.
При этом замечается, что штаб- и обер-офицеры гвардии, будучи назначаемы на высшие должности в армию, сохраняли обыкновенно свои гвардейские чины, гвардейскую линию производства и даже оклад жалованья, возвращаясь опять в гвардию по миновании надобности в их, так сказать, армейской службе. Этим и объясняется встречающиеся в прошлом столетии титулы: полковник армии и лейб-гвардии капитан или генерал-майор и лейб-гвардии майор; нередко чины по армии получались за боевые отличия с утверждения главнокомандующего, а в то же время производимый сохранял и свою гвардейскую линию производства.
Обычай сохранять линию производства по гвардии держался очень долго в наших войсках, так что в царствование императора Николая I было издано два указа, в 1837 и 1838 годах, для уничтожения положения, по которому переводимые в армию сохраняли гвардейскую линию чинов. Наконец, можно заметить, что в недавнее еще время при расформировании учебных войск состоящие в них капитаны гвардии были переведены в армию подполковниками с предоставлением им права быть произведенными в полковники единовременно с их гвардейскими сверстниками. <…>
Что касается до чинопроизводства, то главные черты его, установленные Петром Великим, оставались в нашей армии без изменений в продолжение почти всего прошлого столетия, будучи лишь дополняемы некоторыми узаконениями в видах предотвращения злоупотреблений, возникающих от сродства и лицеприятия, от учинения производства не по достоинству, а по старости. В числе этого рода узаконений есть одно в высшей степени оригинальное — это именно указ императрицы Елизаветы Петровны от 28 ноября 1742 г., по которому адъютанты генерал-фельдмаршалов и прочего генералитета производились в следующие чины не иначе, как по выслуге 10 лет в чине; в царствование Екатерины II срок этот уменьшен был до шести лет и окончательно отменен только в 1817 г.
В видах же устранения разных случайностей в чинопроизводстве, всякого рода переходы офицеров из одной части войск в другую были крайне затруднены и даже неоднократно запрещались особыми указами в прошлом столетии прямо в том внимании, чтобы переходящие не заслоняли дороги к производству более достойным.
Характеристично в этом отношении то, что в то время как для производства в первый офицерский чин и в некоторые последующие вовсе не требовалось подтверждения верховной власти, переводы из одной части в другую не иначе могли быть совершаемы, как по особым высочайшим именным указам, что было еще установлено указом 7 декабря 1731 г. Поэтому-то переводы бывали очень редки и если встречались, то более часто за особые отличия из армии в гвардию, причем, по указу 11 декабря 1725 г., «написывались в гвардию из других полков, с понижением двух чинов, по таковым уже старшинства не дается, и тем им быть довольным, что в гвардию записаны».
Рядом с воспрещением переводов вносился постоянно сильнейший разлад в системе чинопроизводства допущением в широких размерах верстания старшинством, производства для сравнения со сверстниками. Поводов к этому встречалось очень много: при том значении, какое имело в прошлом столетии наше военное сословие, в смысле наиболее развитой и образованной части нашего общества, офицерам постоянно представлялись многочисленные откомандировки к исполнению разных должностей и поручений не только в сфере военного ведомства, но и разных других поприщ; эти-то командировки более всего путали наше чинопроизводство: при открывающихся вакансиях повышались в чины лишь офицеры, находящиеся налицо, откомандированные куда бы то ни было являлись обиженными, отыскивали свое старшинство; военная коллегия, или же главнокомандующие, генерал-фельдмаршалы восстанавливали их права на производство, производили их, не стесняясь вакансиями, в сверхкомплект.
Отсюда явилось нарушение штатов, сверхштатные чины, что еще более усилилось, когда в царствование Екатерины II установился обычай производства зауряд, с заслугой некоторого числа лет за прежний чин; обычай этот введен был для того, чтобы обходить законоположение, что недворяне ранее выслуги 12 лет не должны быть производимы в офицеры: нередко таких лиц производили в офицеры ранее этого срока с заслугою в прапорщичьем чине недослуженного срока; очень часто такое лицо повышалось и в дальнейшие чины на вакансии, или же за отличие, и продолжало заслуживать свой термин.
Заслугу применяли и для производства в сверхкомплект при неимении вакансии, что крайне затрудняло военную коллегию, которая обязана была учитывать старшинство разных чинов и следить за штатным положением всех войсковых частей. Обязанности эти особенно затруднялись и просто делались невыполнимыми во время войн, когда фактически теряли всякую силу все законоположения о чинопроизводстве и даже правила баллотировки, а право жалованья в чины до подполковника включительно бесконтрольно предоставлялось главнокомандующим армии; последние же совершенно ничем не стеснялись, производили по своему усмотрению нередко и через чин, вовсе даже не сообщая военной коллегии о произведенных.
Все таковые злоупотребления и неустройства особенно усилились в царствование императрицы Екатерины II, когда при частых, почти непрерывных войнах во главе наших армий стояли вельможи всесильные как по своему положению при дворе, так и вследствие личных своих заслуг; с ними не могла, конечно, бороться военная коллегия, а нужна была более сильная власть, которая бы преобразовала все законоположения нашего расшатавшегося чинопроизводства.
По-видимому, император Павел имел в виду совершить это преобразование, но по кратковременности своего царствования, а может быть, и по неимению исполнителей, сочувствующих этому делу, не успел его исполнить и только как бы коснулся до некоторых вопросов, к тому относящихся.
Прежде всего император обратил внимание на градацию военных чинов, которая радикально изменена против прежнего, хотя в самых законоположениях нигде не имеется разъяснений относительно этих перемен. Так, премьер- и секунд-майоры упразднены и заменены одним майорским чином; капитан-поручики переименованы в штабс-капитаны, и чин этот введен во все войска, где его прежде не полагалось; в гусарских полках упразднен чин подпоручика, по примеру полков кирасирских и карабинерных, где он был уничтожен еще в 1786 г., а в драгунах чин этот остался по-прежнему; чин бригадира вовсе упразднен, наконец, уменьшено прежнее значение чина полковника гвардии; чин этот низведен по табели о рангах из 4-го класса в 6-ой, т. е. приравнен к чину полковника армии; этим было положено начало доныне существующему положению, что чин полковника во всех родах службы имеет одинаковое значение; единовременно с этим, как бы для сохранения прежней соответственности между чинами всех родов войск ниже полковничьего, в гвардейской пехоте и кавалерии упразднены были подполковники и майоры. <…>
Гвардия со времени штатов 1798 года получает ту особенность, сохранившуюся доныне, что командиры полков определены в генеральских чинах, а батальонами и эскадронами командуют полковники. Впрочем, вследствие измененного значения чина полковника гвардии, штатами для каждого из гвардейских пехотных полков назначено определенное число генерал-майоров и полковников, а именно: в Преображенском полку — пять генералов и 10 полковников, в Семеновском и Измайловском — по три генерала и по шести полковников.
В гвардейской кавалерии на каждый эскадрон, кроме командующего им полковника, определено иметь по одному ротмистру, штабс-ротмистру и корнету и от одного до трех поручиков.
Императору Павлу принадлежит также почин и в законоположениях о чинопроизводстве с явным стремлением к тому, чтобы вывести этот важный акт из прежней безурядицы и поставить его в надлежащую систему. На первом плане было постановлено, что повышение во все офицерские чины должно производиться не иначе, как с утверждения самого Государя, по представлениям военной коллегии, основанным на аттестации полковых командиров и других начальников, равную с ними власть имеющих; этим окончательно отнимались прежние права главнокомандующих и фельдмаршалов производить в чины помимо военной коллегии, что, как известно, привело все наше чинопроизводство в царствование Екатерины II в совершенно беспорядочное состояние. Императором же Павлом было установлено, чтобы все чинопроизводство постоянно было объявляемо в так называемых тогда «парольных приказаниях», которые перешли потом в форму Высочайших указов. Прежняя баллотировка, служившая основанием для производства в чины, вывелась окончательно из употребления еще во время войн царствования Екатерины II, так что не имеется и указания на то, когда именно она вполне уступила место производству, основанному строго на одном старшинстве, хотя и при особой аттестации ближайшего начальства. Как бы то ни было, но прежнее, установленное Петром производство по выбору вовсе исчезло из нашего законодательства, оставшись в нем только в виде исключительной награды за особые отличия, преимущественно для военного времени.
Установление чинопроизводства исключительно по старшинству совпадает и даже является как бы следствием тех мер, которые были приняты правительством в конце прошлого столетия для недопущения недворян к производству в офицеры. Затруднения к тому были поставлены воинским уставом 1796 года, которым подтверждалось не только не производить в офицеры ранее 12 лет, но даже требовать от них еще обязательной четырехлетней службы рядовыми до производства в унтер-офицеры. Вслед за этим указом 17 апреля 1798 года вовсе запрещено было представлять унтер-офицеров из недворян не только в офицеры, но даже в портупеи-прапорщики и подпрапорщики, так как в этих последних званиях должны были состоять одни лишь дворяне.
Все эти законоположения были рассчитаны на то, что впредь комплектование армии офицерами возможно будет производить исключительно выпусками из военно-учебных заведений, которые существовали только для детей дворян; все это было вполне согласно с духом тогдашнего времени, с существовавшим во всей силе крепостным правом; во внутреннем быту войск это отразилось установившимся было в нашей армии обычае, что для нижнего чина каждый офицер «барин», «господин», который может бесконтрольно распорядиться своими подчиненными как крепостными; подобные взгляды и обычаи были поколеблены только с сокращением сроков службы, но следы их не совсем изгладились и в настоящее время.
На деле, однако, ожидания правительства не оправдались: постоянное возрастание численности нашей армии, сильная убыль в офицерах в течение непрерывных почти войн конца прошлого и начала нынешнего столетия требовали такого числа офицеров, какое не в состоянии были доставить тогдашние немногочисленные еще военно-учебные заведения. К тому же усложнившиеся потребности государственной жизни стали отвлекать дворянское сословие от военного поприща, а преимущества, дарованные в 1785 году дворянству, повлияли также на уменьшение числа желающих служить в войсках из этого сословия. Все это вместе, несмотря на вышеуказанные законоположения, вызвало в широких размерах необходимость производства в офицеры и недворян обязательного срока службы, обращая внимание лишь на то, чтобы производимые имели по возможности соответственное офицерскому званию образование. Требование это подтвердилось несколькими указами императора Александра I, и лишь только с окончанием наполеоновских войн миновала надобность в усиленном комплектовании армии офицерами, как тотчас же, в 1816 году, было установлено, чтобы унтер-офицеры, не имеющие достаточного образования, при производстве в офицеры отнюдь не были оставляемы на службе, а увольнялись бы в отставку.
Несмотря, однако, на все эти законоположения и подтверждения, производство недворян в офицеры делалось в самых широких размерах и притом так снисходительно, что армия наша переполнилась необразованными и даже неграмотными офицерами; некоторым удавалось достигать и до командования отдельными частями, и до высших чинов; большинство же переполняло тогдашние местные войска, составлявшие так называемый корпус внутренней стражи. Еще в 1828 году, следовательно, уже после многочисленных подтверждений о непроизводстве без разбора в офицеры, командир названного корпуса генерал-адъютант граф Комаровский доносил Государю, что большинство офицеров корпуса настолько малограмотны, что не могут исполнять возлагаемых на них поручений, причем им предоставлен список 225 офицеров, вовсе не знавших грамоты.
Такое положение нашей армии обратило на себя серьезное внимание правительства и вызвало целый ряд самых серьезных мер, которыми особенно переполнена вся половина текущего столетия. В числе этих мер на первом плане стояло развитие разного рода военно-учебных заведений, что особенно заметно в царствование императора Николая, когда была создана целая стройная система кадетских корпусов, со специальными училищами по артиллерийской и инженерной частям во главе их. На поднятие уровня как общего, так и военного образования офицеров имело в то же время немалое влияние и увеличение численности войск гвардии, относящееся к концу прошлого и началу нынешнего столетия: в состав гвардии включены все роды войск и служб: пехота, кавалерия, артиллерия, саперы, пионеры, инженеры, Генеральный штаб и даже флотский экипаж; увеличивая численность гвардейских войск, предоставляя этим войскам более быстрое производство, имелось в виду замещать офицерами, прошедшими через гвардейскую школу, не только все высшие места в армии, но по возможности даже и должности полковых командиров и вообще начальников отдельных частей. В это же время было установлено, чтобы к войскам гвардии временно прикомандировывать армейских офицеров для изучения службы, возвращая их затем обратно в свои части.
Нелишне заметить здесь, что как развитию военно-учебных заведений, так и процветанию вообще специальных родов войск и самой гвардии весьма много содействовало и то, что постоянно во главе этих ведомств стояли ближайшие к царствующему дому члены августейшего семейства: все эти ведомства быстро и стройно развивались и доставляли вполне удовлетворительные по тому времени контингенты офицеров для нашей армии.
С развитием военно-учебных заведений представлялось менее надобности в офицерах, производимых из выслуживающихся, но лишенных всякого образования нижних чинов. С. 1829 года особенно было определено, чтобы производство в офицеры из нижних чинов было делаемо не иначе, как после строгого испытания, производимого ближайшим начальником, а в сороковых годах установлены уже правильные экзамены по программам не только для производства в первый офицерский чин, но и для получения преимуществ, Высочайше дарованных нижним чинам, отказывающимся от производства в офицеры. С того времени экзаменные требования постоянно все усиливаются, а для облегчения возможности удовлетворить этим требованиям при разных штабах по инициативе высших воинских начальников стали учреждаться юнкерские школы; последние, впрочем, исключительно предназначались для подготовки в них молодых дворян, добровольно вступающих в службу юнкерами.
Таким-то образом постепенно изменились прежние основания, принятые для производства в офицеры, именно установилось производство в первый офицерский чин на основании прав по образованию, определяемых выдержанием установленного экзамена; производство без экзамена допускалось в виде редкого изъятия, только за отличия военного времени. <…>
Некоторые из неудобств бывшей градации чинов были признаваемы еще в царствование императора Николая; так, в 1847 году предложено было установить звание старшего полковника, определив оное в V классе с тем, чтобы это звание было присвоено командирам полков и лицам, занимающим соответственные должности; прежний же чин полковника вводился в штаты пехотного полка для должности помощника командира полка. Рядом с этим созданием нового чина в том же году возбужден был вопрос о соответственности чинов должностям и об уничтожении чинов, не имеющих ни строевого, ни административного значений; тогда же состоялось и Высочайшее повеление об упразднении чинов штабс-капитана, штабс-ротмистра и подпоручика. Все соображения по обоим этим вопросам были уже разработаны в военном министерстве, но, вероятно, вследствие начавшейся вскоре Венгерской войны самое осуществление этих предположений не воспоследовало. <…>
В шестидесятых годах только по двум вопросам чинопроизводства приняты были некоторые меры, а именно: по устранению военных чинов из ведомств, не имеющих отношения к строевой службе, и по переводам в гвардию офицеров, выпускаемых из военных училищ.
По первому вопросу положено было для усиления вообще значения военных чинов устранить эти чины не только от военно-административных должностей, а тем более от должностей гражданского ведомства. Сообразно тому Высочайше было утверждено, чтобы на классных должностях, кои по штатам военного министерства и учреждений ему подведомственных определено замещать безразлично чинами военными или гражданскими, дозволять иметь только одну треть военных офицеров, с соблюдением притом правила, чтобы на подобные должности офицеры назначались не иначе, как по прослужении в офицерском звании четырех лет. Что же касается до уменьшения числа военных чинов на должностях гражданского ведомства, то еще в 1866 году объявлены были Высочайше утвержденные правила об уменьшении числа офицеров на разных должностях по министерству внутренних дел, а в то же время устранены военные чины из некоторых ведомств, как-то: лесного, телеграфного, путей сообщений, горного.
Существовавший с 1830 года вполне рациональный порядок выпуска лучших воспитанников бывших кадетских корпусов на службу прямо в гвардию изменен был в конце пятидесятых годов тем, что лучших воспитанников положено было выпускать из кадетских корпусов поручиками в армию, считая их лишь кандидатами для перевода в гвардию. Отсюда возникло множество усложнений в деле перевода из армии в гвардию, особенно усилившихся с упразднением военных училищ и с предоставлением командирам гвардейских полков права избирать по своему усмотрению для перевода в гвардию юнкеров, выпускаемых по 1-му разряду. <…>
Вопрос о выборе кандидатов на должности командиров отдельных частей, а равно и о порядке назначения на таковые должности, тесно связан с общим вопросом о чинопроизводстве. Это, так сказать, заключительный акт службы офицера, имеющий для каждого военнослужащего первенствующее значение, так как с этим актом связано увеличение степени власти и служебной самостоятельности, лучшее материальное обеспечение, наконец, и высшее общественное положение. По прежним законоположениям большинство наших офицеров, именно вся масса служащих в армии, находились в крайне незавидном в этом отношении положении: получение полка для них было почти недосягаемо, тогда как в некоторых других родах службы достигалось очень легко. Так, для получения возможности быть назначенным командиром полка, армейский пехотный офицер должен был получить чины майора и подполковника за отличие, удостоиться зачисления в кандидаты на получение отдельного батальона, который он получал обыкновенно не скоро, вследствие многочисленности таковых кандидатов; затем, прокомандовав успешно этой частью, производился за отличие в полковники, зачислялся в кандидаты на полк, на получение которого не мог скоро рассчитывать, так как из числа кандидатов по Высочайше утвержденной в то время очереди полковые командиры назначались один из гвардии и один из прочих родов войск, хотя последние превышали своей численностью первых в пять, шесть и более раз; так, например, в феврале 1871 года на 108 всех кандидатов в полковые командиры было назначенных: из гвардии — 14; из Генерального штаба — 31; из армии — 54 из других родов войск — 9. Нелишне припомнить, что самое зачисление в кандидаты доставалось в других родах войск гораздо легче, чем в армии; так, офицер, имевший счастье попасть в гвардию, получал все чины по линии, нередко достигал чина полковника в 15 лет службы и зачислялся в кандидаты прямо на полк только один раз, после двухлетнего командования батальоном в полку. <…>
Выработка и введение общей воинской повинности, а вслед затем Русско-турецкая война отвлекли надолго внимание военного министерства от вопросов, относящихся до чинопроизводства; только уже ныне благополучно царствующий Государь Император «во изъявление своего высокого благоволения к армии, за неизменную преданность ее долгу и доблестные заслуги в боях», Всемилостивейше повелел соизволить: офицеров армейских войск сравнять в преимуществах с офицерами специальных частей, что выразилось исключением из разряда штаб-офицерских чинов чина майора и производством вперед капитанов армии прямо в подполковники; вслед затем воспоследовала новая монаршая милость к начинающим службу офицерам: исключен из ряда чинов постоянной службы чин прапорщика, с оставлением вперед этого чина только в запасе армейских войск всех родов оружия, не исключая и кавалерии; чин корнета в кавалерии приравнен к чину подпоручика прочих войск. А с 1 января 1885 года прежнее ваканционное производство в чин поручика заменено производством за выслугу в чине подпоручика и корнета четырех лет; наконец, соответственно этим изменениям в системе младших обер-офицерских чинов, видоизменены и существовавшие правила о выпуске в офицеры воспитанников военно-учебных заведений, причем в основу принято, чтобы во всех родах войск воспитанники всех заведений начинали службу офицерскую с одного и того же чина, видоизменяя только их старшинство в оном сообразно их успехам при выпуске.
Единовременно с этими важными установлениями Государем Императором утверждены временные правила о производстве как капитанов в первый штаб-офицерский чин, так и подполковников пехоты и кавалерии в полковники. В этих правилах производство капитанов в подполковники обусловлено старшинством и избранием начальства, причем установлены общие линии производства по всем пехотным частям в трех различных регионах, а не по дивизиям, как было прежде. Единовременно с этим обстоятельно установлены предельный возраст, выше которого нельзя оставаться на службе в чинах капитана и подполковника, и определены сроки обязательной выслуги в этих чинах для повышения в следующие.
Вообще все законоположения за последние три года составляют чрезвычайно важный шаг в ряду наших военных преобразований; законоположения эти выводят наше чинопроизводство из ряда прежних многочисленных и крайне запутанных положений на более прямую и справедливую дорогу.
Число чинов уменьшено, вследствие чего установилось более соответствия между чинами и строевыми должностями: офицерская служба начинается одним и тем же чином подпоручика или равносильного ему корнета в кавалерии; это младший субалтерн-офицерский чин, продолжительность пребывания в котором четыре года — одинакова для всех, но уменьшается соответственно еще успехам, получаемым на школьной скамье; для должности старшего субалтерна — тоже один чин. Далее, для ротных командиров — опять два чина: младший и старший, штабс-капитана и капитана, из которых последний служит переходной ступенью к чинам штаб-офицерским, предназначаемым для командования более значительными, даже самостоятельными частями. Здесь уже производство в чины усложняется: до сих пор оно шло по полковым линиям, зависело только от одного старшинства выслуги; теперь же для перехода в первый штаб-офицерский чин требуются: выслуга в чине определенных лет, обязательное командование ротою два года подряд, возраст не свыше 50-ти лет, общей службы не менее 12-ти лет, да еще и сложная аттестация, удостоверяемая не только начальником дивизии, но и корпусным командиром, и представляемая военному министру через главных начальников военных округов.
Штаб-офицерских чинов также два для всех родов войск, кроме гвардии, где по-прежнему имеется только один штаб-офицерский чин полковника; здесь старший чин предоставлен для лиц, самостоятельно командующих отдельными частями, почему младший штаб-офицерский чин подполковника служит подготовительною ступенью для перехода в полковники, а потому самые правила производства в этот последний чин обставлены крайне обстоятельно и подробно; здесь опять определены предельные лета возраста, общей службы в чине подполковника, а самое производство совершается не иначе, как по наградным правилам.
Таким образом, ныне установились определенно две категории обер-офицерских чинов и одна категория штаб-офицерских; в каждой категории есть младший и старший чин, а именно: субалтерн-офицер — подпоручик и поручик, ротный командир — штабс-капитан и капитан, штабс-офицер подполковник и полковник.
Упрощение чинов значительно облегчает всякого рода переводы из одного рода войск в другой, когда в них неодинаковое число чинов. В то же время правила, определяющие порядок перехода от одних чинов в другие, так выработаны, что самые условия этого перехода усложняются по мере повышения чинов: чин поручика приобретается простою выслугою лет; следующие два чина даются уже труднее, и для находящихся в этих чинах являются уже условия, невыполнение которых закрывает им дальнейшее повышение в чинах; то же самое и в штаб-офицерских чинах, где условия повышения еще более осложнены; отсюда является точно определенное положение, что высшие чины, ведущие к самостоятельному командованию отдельными частями, будут доступны только для тех наиболее способных лиц, которые благополучно пройдут через все инстанции чинов и не застрянут на чинах капитанских и подполковничьих. При этом следует напомнить, что Монаршая милость не оставила и тех, кто по состоянию ли здоровья, по своему возрасту или, наконец, по способностям не может исполнять обязанности ротного или батальонного командира: для них установлены особые льготные правила, по которым они повышаются в следующие чины подполковника или полковника, но с увольнением от действительной службы.
Введение всех этих новых законоположений составляет радостное и крупное событие для нашей доблестной армии, хотя, к сожалению, от них предвидится более последствий в будущем, чем в настоящем. Подобные явления весьма обычны: почти всякое нововведение обильно своими последствиями в будущем, нередко нанося явный ущерб настоящему, подобно тому пахарю, который бросает семя в землю для того, чтобы со временем собрать плоды своих затрат. Так и в настоящем случае: новые правила производства неблагоприятно отозвались на многих личностях, особенно в капитанских чинах; но эти невыгоды чисто личные, одиночные, не должны быть принимаемы в расчет там, где дело идет об общей пользе, особенно о пользе дорогой для всех нас русской армии.


Об авторе: admin

Долгоруков Василий

Долгоруков Василий

Оглавление1 Покоритель Крыма и верный слуга Екатерины1.1 Юность полководца1.1.1 И снова Перекоп1.1.1.1 Конец...

Людмила Павличенко

Людмила Павличенко

Оглавление1 Женщина-снайпер №1 Второй мировой войны1.1 От Одессы до Севастополя1.1.1 Снайперская война1.1.1.1...