10.12.2019      39      0
 

Революция и контрреволюция в Германии

Оглавление1 Крестьянское движение в Оденвальде — март 1848 года1.1 Март в Вене1.1.1 Баррикадные бои в…


Крестьянское движение в Оденвальде — март 1848 года

В марте 1848 года в южных областях Германии началось крестьянское движение. Буржуазная газета юго-западной Германии «Elberfejder Zeitung», описывая движение крестьян против феодальных порядков в горной местности Оденвальд, отмечала образцовый порядок крестьянских выступлений. Газета объясняла это участием в движении «уважаемых граждан». Буржуазные газетчики не хотели видеть того, что народные массы сами могли организовать порядок и установить дисциплину.

В течение последней недели весь Оденвальд был охвачен революцией. Почти во все помещичьи учреждения, ведающие уплатой арендных денег, проникли крестьяне и сжигали документы; местами это происходило, если можно так выразиться, в образцовом порядке, так как грубая толпа принуждала уважаемых граждан присоединиться к ней, и они-то и сохраняли по возможности порядок.

Сборщики налогов должны были большей частью спасаться бегством, так как они вследствие взимания недоимок и многих возникших поэтому процессов вызвали к себе большую ненависть. В настоящее время сняты все феодальные тяготы, так тяжело давившие население.

Эльберфельдская газета, приложение к № 76, 16 марта 1848 г.

Март в Вене

Описание революционных событий 13 марта 1848 года в Вене, составленное очевидцем, свидетельствует об активной, героической роли пролетариата в Венской революции. Факт закрытия городских ворот перед рабочими, шедшими из предместий в Вену, и стрельба в них показывают, что буржуазия Вены боялась своего союзника из предместий.

… Однако рабочие, естественно, хотя этого никто не ожидал, готовились к 13 марта. В этот день, рано утром, я заметил, что на Херренгассе собралось несколько рабочих. Гигантского роста человек в заплатанном сюртуке, сшитом не по росту и по-видимому с чужого плеча, с вызывающим видом расхаживал огромными шагами вдоль по улице, мимо Дома Сословий. Грязную шапчонку он смело надвинул на одно ухо, кулаки его были сжаты, глаза блестели, корпус был откинут назад, как бы приготовившись к бою.

Задние карманы его были, очевидно, набиты камнями, так как его сюртук был туго натянут на спине, и видно было, что он делает большие усилия, чтобы не опрокинуться под тяжестью камней назад.

Рядом с ним, стараясь не отстать, поспешно ковылял маленький, приземистый, замызганный и уже довольно пожилой человек в длинном сюртуке, с слишком длинными и поэтому засученными рукавами. Он был нагружен до отказа: все карманы его были оттопырены, а задние при каждом шаге били его по икрам. Когда я увидел людей в таком снаряжении, я подумал, что сегодня выступят и предместья. Так это и случилось.

После того, как собрались сословия и студенты, разбив двери и поломав стулья, погнали испугавшихся народного гнева, лепечущих о порядке и законности дворян к королю, чтобы они исполнили свой долг и сообщили ему о требованиях народа, волнение в центре города стало возрастать.

Студент Бурман, стоя на плечах своего товарища, прогремел проклятия народа перед окном канцлера, еще недавно внушавшего страх; войска стали надвигаться со всех сторон. Когда весть обо всех этих событиях проникла на фабрики и дошла до рабочих, население венских предместий оставило свои станки и, вооруженное длинными кольями и всякими железными орудиями, двинулось колоннами в качестве резерва в город.

Немедленно перед ними захлопнулись городские ворога, на укрепления были выставлены пушки, обращенные жерлами к подступавшим к городу, чтобы предотвратить штурм городских ворот. Однако еще раньше несколько сот рабочих проникли в город.

Когда эрцгерцог Альбрехт приказал стрелять в народ, они сорвали вывески и стали бросать в него обломками этих вывесок и камнями. Они же с шумом и криками ходили вечером по улицам, разгромили караульный дом, на глазах у солдат разбили во дворце окна в одном из зданий и сорвали косяки. Их ярость в этот день была ужасна; казалось, жизнь не имеет для них никакой цены.

Под вечер я видел на Грабене одного рабочего, который во время вылазки солдат получил три штыковые раны — в голову, руку и ногу. В то время, как он сам перевязывал свои раны носовыми платками, которые ему бросили окружающие, он призывал к борьбе присутствующих бедняков, — к хорошо одетым он не обращался.

Совершенно безоружный, ок снова направился к солдатам, чтобы разжечь и вызвать на решительный бой. При этом он сказал совершенно спокойно:

«Жизнью я не дорожу, сегодня я хочу или умереть, или свергнуть господ…»

Однако возвращаюсь к рабочим, которые около полудня без призыва, без предводителя, повинуясь только внутреннему побуждению, повалили из предместий в город и не могли в него проникнуть.

Когда ворота захлопнулись, они, не обращая никакого внимания на пушки, попытались их разбить. У Шотеитора это им удалось, однако солдаты загородили им дальнейший путь. Тогда они с воем, как голодные волки, окружили городские стены, сожгли, разрушили часть укреплений, разложили перед воротами огонь, чтобы сжечь их и проникнуть в город.

Большая часть их — мужчины, женщины и дети — направились обратно в предместье, сожгли там таможню, так как взимаемые там пошлины удорожали предметы первой необходимости, разрушили машины, отнимающие у них хлеб, и направились к квартирам тех фабрикантов, которые постоянно снижали их заработок и особенно сильно угнетали их.

Эрнст Виоланд. «Социальная история революции в Австрии». Лейпциг. 1850

Баррикадные бои в Берлине

Воспоминания свидетеля баррикадного боя на Кёмигштрассе дают представление о начале революционной борьбы трудящихся Берлина против королевских войск в марте 1848 года. В результате упорной баррикадной борьбы в течение 18 и 19 марта рабочие, поддерживаемые всей массой населения Берлина, одержали победу над войсками.

— Было два часа дня. Я сидел за столом в гостинице «Кронпринц», находящейся в центре Кёнигштрассе.

Ровно в три четверти третьего со стороны моста Курфюрста раздались крики. Группы людей пробежали по Кёнигштрассе; появились взволнованные, бледные, задыхающиеся люди; они кричали, что только что на Дворцовой площади они подверглись обстрелу. Крики возмущения и угрозы раздавались по Кёниг
штрассе и 9 по всему городу.

Вихрь пронесся по городу, как будто бы земля разверзлась под ногами. Люди разрушали мостовую, опустошали оружейные магазины, врывались в дома, вытаскивали топоры. В одно мгновение на Кёнигштрассе из дрожек, вагонов омнибусах, товарных тюков, опрокинутых водопроводных будок выросло 12 прочных, образцово построенных баррикад. На крышах домов появились люди. Стоя на головокружительной высоте, они с кирпичами в руках ждали солдат.

Под угрозам толпы оружейники выбросили на улицу свое оружие. Все вооружились чем попало: вилами, мечами, копьями, пистолетами, палками. Мальчишки врывались в дома и втаскивали на крыши большие корзины с камнями. Толпа пыталась ворваться в здание городского суда, чтобы занять удобную позицию для метания камней из его окон.

Между 4 и 5 часами первый залп картечи ударил с моста Курфюрста на Кёнигнштрассе. Но картечь не могла разрушить баррикаду. Пушечные выстрелы следовали один за другим; баррикада была разрушена; растерзанные трупы валялись на улице.

Между 5 и 6 часами появились отряды пехоты. В них стреляли из окон, осыпали камнями с крыш. Началась страшная бойня. Солдаты овладевали по одиночке домами, из которых их обстреливали. Пало много жертв, солдаты понесли небольшие потери. Так как из гостиницы стреляли, то солдаты ворвались в комнаты и убили стрелявших. Они заняли окна и стреляли оттуда по крышам. Они взобрались даже на крыши и сталкивали людей вниз.

Около 7 часов Кёнигштрассе с большим кровопролитием была взята… ударили в набат…

Около 9 часов я пытался пробраться домой. На Шпандауштрассе — огромная баррикада, даже маленький переулок Святого духа был так забаррикадирован, что мне пришлось пробираться ползком. Как только я вступил на Бургнгграссе, передо мной открылось ужасное зрелище: на Фридрихсбрюкке людей со знаменами осыпали картечью; навстречу мне попадались бегущие раненые. Я поспешил обратно. На Кёнигштрассе солдаты расположились бивуаком.

А. Вольф. «Берлинская революционная хроника». Берлин, 1851 — 1854 гг.

Об измене германской буржуазии крестьянству

Французская буржуазия 1789 года ни на минуту не покидала своих союзников, крестьян. Она знала, что основой ее господства было уничтожение феодализма в деревне, создание свободного землевладельческого крестьянского класса.

Немецкая буржуазия 1848 года без всякого зазрения совести предает крестьян, своих самых естественных союзников, которые представляют из себя плоть от ее плоти, и без которых она бессильна против дворянства.

Сохранение феодальных прав, санкционирование их под видом иллюзорного выкупа — таков результат немецкой революции 1848 года. Гора родила мышь.

«Новая Рейнская Газета» от 29/VII 1848 г.


Об авторе: admin

Ваш комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Для отправки комментария, поставьте отметку, что разрешаете сбор и обработку ваших персональных данных . Политика конфиденциальности

Долгоруков Василий

Долгоруков Василий

Оглавление1 Покоритель Крыма и верный слуга Екатерины1.1 Юность полководца1.1.1 И снова Перекоп1.1.1.1 Конец...

Людмила Павличенко

Людмила Павличенко

Оглавление1 Женщина-снайпер №1 Второй мировой войны1.1 От Одессы до Севастополя1.1.1 Снайперская война1.1.1.1...